ПРОВЕРЕННАЯ ТИПОГРАФИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА ПРОВЕРЕННАЯ ТИПОГРАФИЯ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА

8-812-603-25-25 8-800-333-96-06 (звоните нам бесплатно) comm@lubavich.spb.ru с 9:00 до 18:00

Октябрята - смекалистые ребята

Октябрята - смекалистые ребята

13.11.2017

ОКТЯБРЯТА – СМЕКАЛИСТЫЕ РЕБЯТА


Дети считают, что есть дети и есть взрослые.

Потом они вырастают и понимают,

что вторых не бывает.


Экскурсия для детей. Веду их по цехам, показываю книги, которые мы выпускаем. Взял первую попавшуюся на участке твердого переплета.

   - А эта книжка называется «Акафист». Вы знаете, что такое акафист?- спрашиваю я у детей с чувством собственного возрастного превосходства.

- Не знаем. А что это?

Оба! Попал! Как объяснить детям детсадовского возраста, что такое акафист?  Меня выручает один из малышей-экскурсантов:

- Это что-то из Библии?

Ух-ты! – подумал я, - Какое поколение пошло эрудированное! Прямо «октябрята» - передовой отряд малолеток.


Это впервые я проводил экскурсию для дошкольного возраста. 


Вообще посмотреть типографское производство школьники приходят примерно один раз в месяц Или пятые-седьмые классы - для общего развития, или старшие - в качестве профориентации. С первыми мне легко разговаривать. 

Начинаю елейным тоном: «Дети, вы пришли в «книжкин дом»! Я сейчас вам расскажу и покажу, как изготавливается книжка! Вы любите читать книжки?». «Да-а!» – хором отвечают они. И дальше я им говорю, что процесс изготовления книжки состоит из трех частей: дизайн и набор текста, печать, переплет. И плавно веду по цехам. Дети внимательно слушают, когда хотят что-то спросить – тянут руку.  С восхищением могут смотреть часами на работу «гильотины» (бумагорезки).

С 16-летними - сложнее. Они сами предпочитают говорить, чем слушать. Реплики их часто хамоватые, всем видом своим демонстрируют свой протест, мол, заставили нас куда-то идти - получайте. Могут рыгнуть прилюдно. Но зато они держат в тонусе, приходится напрягаться, чтобы экскурсия не скатилась в балаган. Обычно с ними начинаю разговор «хотят ли они много зарабатывать денег», потом перехожу к тому как надо работать, чтобы был и хороший заработок, и работа интересная, ну и постепенно выруливаю на тему полиграфии. И ненавязчиво предлагаю продолжить разговор в процессе знакомства с цехами. А там уже в быстром темпе рассказываю про технологическую цепочку изготовления печатной продукции. Запомнился диалог с одним таким 16-летним экскурсантом:


- А ты здесь кем работаешь? – вдруг посреди экскурсии спросил он, без обиняков перейдя на «ты».

- Директором.

- Ух ты! И что ты делаешь?

- Сижу в кабинете.

- А у тебя есть свой кабинет?!

- Есть.

- Ух ты! Здорово устроился… Как это у тебя получилось?

- Случайно.

- Повезло, - со знанием жизни заметил собеседник, -  мне бы так…


Вот такой вот был диалог с тинейджером. С ними я уже как-то набрал «педагогический опыт».  А с дошколятами я не знал как себя вести. Даже как-то не решился начать с «Вы пришли в книжкин дом!». Сразу повел по цехам. А малыши оказались благодарными экскурсантами: любопытные (много спрашивали) и смекалистые. Один из «октябрят» в конце экскурсии спросил в сердцах:

- А во сколько лет можно прийти в типографию на работу?

- Вот пойдешь в школу, потом ее закончишь, вот тогда и приходи, - ответил я.

- Ладно. Буду ждать, - вздохнул он.

«Какая лапочка! – подумал я, - Вспомнишь ли ты о своем желании через 20 лет? Полиграфия к этому моменту не потеряет ли весь свой престиж? »

И моя мысль понеслась по следующему руслу:

Какая у детей яркая эмоция от ожидания каких-то событий в будущем! Вот мы, взрослые, что такое ждали с энтузиазмом?

Вот ждали 1 января 2000-го года. И с интересом, и с опасением. Миллениум прошел, а вроде ничего интересного и не случилось. Ну перещелкнула «единица» на «двойку». А изменения в жизни в чем? Но потом, спустя несколько лет оказалось, что это был не просто «пересчелк». А это оказался поворотный год. В нескольких сферах жизни человечества. В том числе 2000-ый год  – вершина полиграфии. За все 500 лет ее существования. Потом она покатилась вниз. Но тогда мы это не поняли (да и не могли понять…).

Потом ждали 1 августа 2014-го – столетие Первой мировой войны. И этот год прошел. А потом оказалось, что весь российский бизнес в этот год сделал «поворот». Со старого уровня маржинальности на новый. Со старых рельсов ведения бизнеса на новый. И полиграфия - не исключение. Кто как осознал этот «поворот» и как вписался в него – показывают последующие года.

Потом ждали 7 ноября 2017-го – столетие Октябрьской революции. Ждали, что нам разъяснят, или мы сможем сами осмыслить значение «советского проекта» в нашей жизни. И правильно ли мы идем по капиталистическо-империалистическому пути. И вот и эта дата прошла. Пока не видно, что она нам дала. Подождем – и увидим.

А вот какая следующая общеисторическая дата, которую мы ждем? Что-то не просматривается. Ближайшая, видимо, 22 июня 2041-го. Сколько же нам будет тогда лет? О, ужас!

Вот такая вырисовывалась у меня «октябрятская» цепочка мыслей. :)

 

 

 

Вернуться назад

Наверх